Поиск прорывного метода лечения рассеянного склероза в Шотландии оказался в заложниках у бюрократии. Новые визовые правила, ставшие следствием выхода Великобритании из Евросоюза, буквально перекрывают кислород научному сообществу, мешая привлекать лучших специалистов и замедляя жизненно важные исследования. Об этом сообщает издание Politico.
В центре научной драмы — работа команды профессора Дэвило Лайонса из Эдинбургского университета. Ученые используют уникальный биологический инструмент — маленьких полосатых рыбок даниму-рио, которых в лабораториях часто называют «зебра». Эти тропические существа из семейства карповых — бесценный ресурс для биомедицины. Благодаря генетической близости к человеку, прозрачности эмбрионов, позволяющей следить за развитием нервной системы в режиме реального времени, а также высокой плодовитости и дешевизне содержания, они стали идеальной моделью для изучения регенерации нервов. Именно на них исследователи пытаются воспроизвести процессы, аналогичные повреждениям при рассеянном склерозе.
Однако возможности науки упираются в границы. Профессор Лайонс с горечью отмечает, что еще десять лет назад пригласить коллегу из Германии не составляло труда, а сегодня этот процесс превратился в дорогостоящее и крайне сложное испытание.
Ставки в этой научной гонке невероятно высоки, особенно для самой Шотландии. В то время как в мире этим аутоиммунным заболеванием страдают около 2,9 миллиона человек, в шотландских землях ситуация критическая. Распространенность болезни здесь в десять раз превышает среднемировую. В стране с населением 5,5 миллионов человек число пациентов превышает 17 тысяч. На Оркнейских островах и вовсе зафиксирован беспрецедентный уровень — более 400 случаев на 100 тысяч жителей, что является мировым рекордом.
Причиной научного застоя стал Brexit. После того как 31 января 2020 года Великобритания официально покинула блок, правила игры изменились. С января 2020 года европейские ученые лишились права на свободное перемещение: теперь для переезда в Британию им нужна виза, а работодателям приходится брать на себя роль спонсоров.
Британское правительство занимает жесткую позицию. Представитель Лондона в беседе с Politico подчеркнул, что не намерен создавать особых визовых программ для Шотландии или отдавать контроль над миграционной политикой региональным властям. В качестве компенсации власти указывают на выделенные 5 миллиардов фунтов на развитие исследовательского потенциала. Тем не тем менее, новый премьер Энди Бернэм уже заявлял о планах «перезагрузки» отношений с ЕС, включая упрощение передвижения для молодежи в возрасте от 18 до 30 лет.
Научное сообщество, напротив, бьет тревогу. Министр инноваций Шотландии Бен Макферсон прямо обвиняет Лондон в отсутствии гибкости, утверждая, что универсальный подход к иммиграции наносит удар по интересам шотландской науки. Клэр Макферсон, возглавляющая организацию «Университеты Шотландии», предупреждает о «утечке мозгов»: за последнее десятилетие приток исследователей из ЕС заметно сократился, и если не внедрить специальную программу, таланты просто уйдут в другие страны. Профессор Мартин Макки и вовсе охарактеризовал последствия Brexit как настоящую «катастрофу для науки», указывая на неподъемные визовые сборы.
Экономический контекст лишь подтверждает масштаб проблемы. Согласно докладу центра «Велибритания в меняющейся Европе» (UKICE), опубликованному в начале 2026 года, выход из ЕС уже привел к падению экономики страны на 2–6% по сравнению с тем, что было бы без него. Аналитики подчеркивают, что это не временная трудность, а затяжной процесс деградации торговли, инвестиций и общей производительности.
